«Друкарь книг, пред тым невиданных»

Статья «Друкарь книг, пред тым невиданных» профессора Валентины Анатольевны Тепловой раскрывает деятельность первопечатника Ивана Фёдорова в контексте исторических событий XVI столетия.

 

«Друкарь книг, пред тым невиданных»

 

В истории восточных славян есть две великие даты — Крещение Руси Владимиром Святым и появление первой печатной книги на церковно-славянском языке. Первая печатная книга «Псалтырь» была издана в Праге в 1517 г. знаменитым Франциском Скориной на церковнославянском языке белорусской редакции. Чуть позже он приступил к работе над книгами Ветхого Завета, которые вышли под названием «Библия Руска» на старобелорусском языке («руской мове» Великого Княжества Литовского) с заметными вкраплениями церковнославянского. Первая печатная книга в Москве «Послания и деяния Апостолов» появилась 1 марта  1564 года на Печатном дворе усилиями великого деятеля русской культуры Ивана Фёдорова. Именно с его имени начинается история книгопечатания в России.

Изобретение книгопечатания – величайшая веха в развитии мировой культуры. Свое начало книгопечатание берет с 1453 года, когда немецкий ювелир Иоганн Гутенберг изобрел печатный станок. Уже во второй половине XV в. книгопечатание получило распространение в славянских странах: в Чехии в 1468 г., в Польше в конце XV в.

Необходимость книгопечатания осознавалась и в Москве как государственными, так и церковными властями. К сторонникам книгопечатания в России относился царь Иван IV, митрополит Макарий (1534–1555), а также  ближайший советник и духовник царя священник Сильвестр, составитель наиболее стройной редакции «Домостроя». Церковь крайне нуждалась в богослужебных книгах, спрос на которые уже не могли удовлетворить переписчики, кроме того, в рукописях богослужебной литературы к этому времени скопилось немало ошибок.

В 1552 г. датский король Христиан III направил письмо Ивану IV, в котором предлагал молодому государю принять лютеранскую веру и разрешить подданному короля Гансу Миссенгейму напечатать Библию и «еще две книги в кожаном переплете». Оберегая Православную веру, царь Иван отверг предложение, он не хотел книгопечатание на Руси отдавать в руки иноземцев. Царю и другим сторонникам книгоиздательского  дела необходим был человек, который смог бы приступить к организации печатного дела. Выбор пал на Ивана Фёдорова (Москвитина) – дьякона Кремлёвского храма Николы Чудотворца Гостунского.

Иван Фёдоров родился около 1510 г. Точных сведений о дате и месте его рождения (равно как и вообще о его роде) нет. Генеалогическая трактовка типографского знака первопечатника, тождественного с гербом белорусского шляхетского рода Рагоза, дает основание предполагать о его белорусском происхождении. По одной из версий, он был родом из Петковичей, что на границе современной Минской и Брестской областей. Образование будущий первопечатник получил, скорее всего,  в Краковском университете (1529–1532 гг.), который закончил со степенью бакалавра. Возможно, что и интерес к книгопечатанию у него развился именно здесь. В Кракове в это время  работали типографии Флориана Унглера, Мацея Шарфенбергера и Иеронима Виетора, известных западноевропейских книгоиздателей.

Время и причины появления будущего первопечатника в Москве неизвестны. Возможно, это были 1550-е годы, когда в столице Российского государства полным ходом шла работа по  организации первой русской типографии. Есть предположение, что ее руководителем был «мастер печатных книг» Маруша Нефедьев, а среди его ближайших помощников –Иван Фёдоров.  За время работы этой книгопечатни было издано, по меньшей мере, семь книг духовного содержания («Триодь постная», «Триодь цветная», три «Четвероевангелия» и две «Псалтыри»), которые книговедами обычно обозначаются как анонимные, поскольку данных о месте и годе их выпуска нет. Не исключено, что будущий книгоиздатель участвовал в комиссии по исправлению церковных книг в связи с судом в Москве над М. Башкиным и старцем Артемием.  Ясно одно – к 1550-м гг. Иван Фёдоров был уже опытным переплетчиком, переписчиком и печатником. Вместе со своим помощником, выходцем из Белой Руси Петром Мстиславцем, он принимал деятельное участие в строительстве Печатного двора в Москве, здание которого в 1553 г. было возведено на Никольской улице возле Кремля.

Первой книгой, которую издали первопечатники в новой типографии, был «Апостол» на церковнославянском языке. Набор книги они начали в апреле 1563 г. На это ушел почти год. 1 марта 1564 г. «Апостол» был напечатан. Подготавливая книгу к изданию, Иван Фёдоров и Петр Мстиславец самостоятельно провели большую текстологическую и редакторскую работу, возможно, в сотрудничестве с кружком книжников митрополита Макария. В послесловии к московскому «Апостолу», написанном Иваном Фёдоровым, рассказывалось об истории создания типографии, учрежденной Иваном IV «от своея царския казны», указывались имена «делателей» и цели издания – выпуск «праведных» печатных книг. Издание было снабжено многими иллюстрациями: на форзаце изображён апостол Лука, по тексту расположено  48 заставок и концовок. Особенность московского  «Апостола» состояла в том, что российские первопечатники использовали при наборе так называемый полуустав: русские письмена, которые появились в Москве еще в конце XV в. Благодаря такому техническому решению, печатные буквы выглядели так же, как и рукописные[1].

Второй книгой, вышедшей из московской типографии, был «Часовник», выпущенный двумя изданиями в 1565 году. Книга предназначалась для обучения начальной грамоте. Существовали ли  другие издания Ивана Фёдорова и Петра Мстиславца, напечатанные в Москве – неизвестно. Скорее всего, да, поскольку о некоторых из них упоминает библиограф XVIII века епископ Дамаскин (1737–1795).

Однако вскоре после издания «Часовника» книгоиздатели вынуждены были покинуть Москву. Их успешная деятельность, несмотря на поддержку самого царя, вызывала если не сопротивление, то явное осуждение тех представителей светских вельможей и духовенства, которые боялись  распространения в народе «еретических идей» и считали кощунством механическое воспроизведение священных текстов с помощью печатного станка.

После поджога, уничтожившего мастерскую   первопечатников[2], Иван Фёдоров и Петр Мстиславец в 1566 г. выехали в пределы Великого  Княжества Литовского. Это было не простое время в судьбе Православия на литовско-белорусских и украинских землях. Заключение Люблинской унии (1569) и образование Речи Посполитой принципиально изменило политическую и религиозную ситуацию в Великом Княжестве Литовском. Государственная уния Польши и ВКЛ не могла быть полной в силу вероисповедных различий, существовавших в новом государстве. В такой обстановке король Сигизмунд II Август склонялся к идее церковной унии, о чем и заявил на Люблинском сейме, предупредив, однако, что единства веры он хочет достигнуть без насилия совести, не прибегая к мерам. неуместным в делах веры. Однако, реальная политика властей Речи Посполитой в 60–80-х гг. XVI в.  характеризовалась постоянным вмешательством королевской власти во внутреннюю жизнь Православной Церкви, отчетливо  выразившейся в праве патроната. Такое отношение привело православную церковную иерархию к полной деморализации, а положение Церкви к несоответствию  с каноническими нормами.

В создавшейся ситуации исключительную роль сыграли объединения православных мирян – православные братства. Они не только добились права участия в выборе духовных лиц, надзора за ними, обличения их пороков и злоупотреблений, но и защиты интересов Православной Церкви посредством выпуска богословских сочинений, устройства школ и типографий.  Именно это время выдвинуло беспримерных защитников Церкви, среди которых выдающуюся роль сыграли такие поборники Православия как князь К.К. Острожский, Стефан Зизаний, Мелетий Смотрицкий, Леонтий Карпович и многие другие…

Крупный земельный магнат и гетман ВКЛ Григорий Александрович Ходкевич, будучи убежденным противником унии Великого Княжества Литовского с Польшей, радушно принял беглецов-типографов из Москвы.  Он давно вынашивал мысль об устройстве типографии для печатания книг и обеспечения ими православных церквей, а потому предложил московским умельцам организовать типографию в своём имении Заблудово (под Белостоком).   Так в 1568 г. начался новый период в жизни Ивана Фёдорова и Петра Мстиславца.

Первой книгой, вышедшей в Заблудове, было «Евангелие учительное» (1569) – сборник бесед и поучений с толкованием евангельских текстов, изданное с тем же совершенством, что и московский «Апостол». Однако  наличие подробного титульного листа, предисловия, а не послесловия, которое было написано самим Ходкевичем, отличало эту книгу от московских изданий. Нужно отметить, что в предисловии Г.А. Ходкевич упоминает первопечатников с большим уважением, называя их по имени и отчеству – Иван Фёдорович Москвитин и Петр Тимофеевич Мстиславец.

«Евангелие учительное» стало последней книгой, которую Иван Фёдоров и Петр Мстиславец издали совместно. На этом их жизненные пути разошлись. Петр Мстиславец уехал в Вильно, где продолжил дело книгопечатания с братьями Мамоничами.

Иван Фёдоров издал в Заблудове «Псалтырь с Часословцем» (1570), использовавшийся как при церковной службе, так и для домашнего чтения, а также как учебное пособие. Заблудовский «Псалтырь» представляет собой замечательное произведение печати с большим количеством орнаментики в виде инициалов, заставок, концовок, обрамлений колонтитулов и т.п. В нем имеются фигурные гравюры, изображение  царя Давида, а также гравированный герб Г.А. Ходкевича. Книга напечатана на церковнославянском языке кириллическим шрифтом.

Из-за больших затрат, которые требовала издательская деятельность,  Г. Ходкевич был вынужден остановить книгопечатание.  Оставшийся без работы Иван Фёдоров в награду за труды получил от гетмана небольшое имение Мизяково под Винницей, которое могло бы прокормить его, но первопечатник не хотел оставить своего любимого дела.  И тогда вместе с сыном, а возможно, и с другими работниками типографии он в начале 1573 г., переехал во Львов и основал там собственную типографию, первую на Украине. Здесь в 1574 г. он сумел переиздать «Апостол» в количестве более 1000 экземпляров.

Отличие нового издания заключалось в более обширном и эмоциональном вступительном слове самого Ивана Фёдорова, в котором издатель рассказывает о гонениях, которые ему пришлось претерпеть: «Не от Государя, но от многих начальник и священоначальник, которые на нас зависти ради многие ереси умышляли», которые его «…от земли, отечества и рода нашего изгнали в края доселе неведомые». В книге целую страницу занимает типографская марка Ивана Фёдорова. В богатом орнаменте с одной стороны помещен герб города Львова, с другой – знак Ивана Фёдорова, появляющийся во всех последующих изданиях.

В конце книги на 9 страницах отпечатано послесловие «Повесть… откуда начася и како свершися друкарня сiя», которое изумляет своим содержанием и формой. Скорее всего, в «Повести…» следует видеть литературный памятник, относящийся к истокам восточнославянской мемуаристики, в которой чувствуется хорошее знание «Стоглава», а также работ Максима Грека, Андрея Курбского  и других православных мыслителей, современников книгоиздателя.

В том же 1574 году во Львове «для пользы русского народа» Иваном Фёдоровым была издана «Азбука», в послесловии к которой издатель  указывает, что сложил эту книгу «ради скорого младенческого научения», и перечисляет источники, из которых брал тексты. Открывали это издание 45 букв кириллического алфавита, азбуку дополняли различные примеры и грамматические конструкции, учебные тексты, а также молитвы, послания, притчи. Это была полноценная учебная книга, которая шла нарасхват и зачитывалась буквально до дыр на всем православном пространстве Руси Малой, Белой и Великой.  Однако продолжить дальше начатое дело Ивану Фёдорову не удалось. Книгоиздатель попал в долги к ростовщикам и вынужден был оставить Львов.

В 1575 году произошла встреча Ивана Фёдорова с князем Константином Константиновичем Острожским. Создавая школу в Остроге, просветитель  собирал вокруг себя «общество ученых людей», способных противостоять «экспансии инославного просвещения». Однако основной целью кружка единомышленников было издание «Библии» на церковно-славянском языке. Этим князь К. К. Острожский, наметил стратегию борьбы за восстановление позиций, утраченных православными в XVI в. «Распространение благочестия», подорванного «лютыми волками неверия» начиналось с печатания исправленных богослужебных книг, а также сочинений богословско-полемического характера, переведенных с греческого языка.  Иван Фёдоров был как раз тем человеком, в котором нуждался К.К. Острожский, так как оказался единственным специалистом во всей православной Руси, способным создать типографию, располагающую кириллическим шрифтом.

В 1578 г. в Остроге он  напечатал новое издание «Азбуки»,  дополненное параллельными греко-славянскими текстами и статьей древнеболгарского книжника Черноризца Храбра «О письменах», которая в издании И. Фёдорова получила заглавие «Сказание, како состави святый Кирилл Философ азбуку по языку словеньску». В 1580 г. Иван Фёдоров напечатал «Новый Завет» с «Псалтырью», а также  «Книжку, собрание вещей нужнейших вкратце скорого ради обретения в книзе Нового завета» – своеобразный алфавитно-предметный указатель к Евангелию. В 1581 г. И. Фёдоров издал «Хронологию» Андрея Рымши – первый восточнославянский календарь, изложенный стихами, который одновременно может рассматриваться и как первое  печатное  произведение белорусской поэзии.

Одновременно Иван Фёдоров принимает активное участие в подготовке к изданию текста «Библии». За образец была взята московская рукопись Геннадиевской Библии (1499). Подготовка книги к печати растянулась на полтора года. Из Львова первопечатник сумел привезти только крупный московский шрифт «Апостола», которым он печатал свои последние книги. Но для «Библии» этот шрифт был непригоден – книга получилось бы слишком большой. Поэтому были отлиты два новых шрифта: один для основного текста, другой, совсем мелкий, – для примечаний. Для заглавных листов был использован крупный московский шрифт. Послесловия и предисловия набирались параллельно церковнославянским и греческим шрифтами. Острожская «Библия» вышла 12 августа 1581 года.

Это издание «Библии» представляет собой книгу, 628 страниц которой  напечатаны в два столбца, что являлось новым приемом в изданиях Ивана Фёдорова. На ее последней странице было помещено Послесловие с указанием даты выхода в свет и типографский знак. Острожская Библия, напечатанная на «едином для всей России церковном языке» служила идее религиозного объединения потерявшей единство Руси. Издание «Библии» стало вершиной типографского искусства Ивана Фёдорова – по сути его лебединой песней.

Вскоре после выхода «Библии» Иван Фёдоров со своей семьей решил вернуться во Львов. Он направился туда со своим помощником Гриней Ивановичем и с книгами острожской печати. По прибытии во Львов, в конце 1582 г. Иван Фёдоров вновь приступил к организации типографии. Для того чтобы собрать деньги на издательство, Иван Фёдоров был вынужден искать побочные заработки.  Так, 23 июля 1583 года он совершил поездку в Вену, где демонстрировал свои изобретения при дворе императора Рудольфа II,  работал в Кракове, Вене и, возможно, Дрездене (в Дрезденском архиве найдено письмо Ивана Фёдорова к саксонскому курфюрсту Августу от 23 июля 1583 г.).

Предпринимательская деятельность первопечатника не была особо успешной. Ивану Фёдорову так и не удалось возобновить дорогое для него дело: осенью он тяжело заболел, а 5 декабря 1583 г. скончался. Известный книгоиздатель умер в полной нищете. Имущество его, опутанное долгами, расхватали ростовщики, от которых он так и не мог освободиться до конца жизни.

Упокоился первопечатник во Львове в Святоонуфриевском монастыре. Через год после смерти отца его сын  Иван Друкаревич (так его называли во Львове) вместе с друзьями положил на могиле каменную плиту, на которой был вырезан типографский знак печатника. Вверху доски над книжным знаком Ивана Фёдорова была сделана надпись: «Успокоения и воскресения из мертвых чаю». А под самим знаком: «Друкарь книг, пред тым невиданных».

В конце XVIII века останки Фёдорова, как человека особо почитаемого, были перенесены в саму церковь и перезахоронены в притворе близ главных дверей. В 1883 году, в год, когда православный мир готовился отметить 300-летие со дня смерти Ивана Фёдорова, надгробная плита над его захоронением была уничтожена.

В 1975 году украинские археологи обнаружили останки Ивана Фёдорова и его сына Ивана, загадочно умершего через 3 года после смерти отца, в одной из пустот церковной стены и поместили в деревянный ящик. Долгое время они хранились в музее на территории Онуфриевского монастыря – в экспозиции, посвященной Ивану Фёдорову.

В 1990 году монастырь передали монахам греко-католического ордена Святого Василия, а экспонаты музея, в том числе и останки Фёдорова, перевезли в Музей древней украинской книги, где они неупокоенными пребывают и по сей день.

В 1909 г. в центре Москвы, рядом с Китайгородской стеной, где в XVI веке находился государев печатный двор, по инициативе Московского археологического общества и на средства, которые собирались народом в течение 39 лет, был воздвигнут памятник Ивану Фёдорову (авторы этого памятника: скульптор В. Волнухин и архитектор И. Машков). Иван Фёдоров изображён с только что с отпечатанным оттиском книги «Апостол», который он держит в руке.

В 1998 г. на Московском подворье Троице-Сергиевой Лавры была освящена икона, изображающая митрополита Макария и первопечатника диакона Ивана Фёдорова рядом с типографским станком – первое изображение печатной машины и первопечатника на православной иконе.

[1] Изготовление шрифта – трудоемкая работа. Вначале изготавливалась матрица – вырезалась в твердом металле выпуклая форма для каждой буквы, изготавливалась ее копия путем оттиска на более мягком металле. Наливая в нее металл, получали литеры в нужном количестве. Затем из этих букв набирался текст, который требовал ювелирной точности соблюдения промежутков между буквами и словами.

[2] Есть суждение о том, что пожар уничтожил другую типографию.

Ваш комментарий будет первым

Написать ответ